В 1976 году на экраны вышел фильм Франсуа Трюффо «История Адели Г.» - реальная (а от того и вдвойне трагическая по восприятию) история Адели Гюго – младшей дочери знаменитого писателя Виктора Гюго.

Трагическая история Адели Гюго началась в 1863 году, когда она воспылала безответной любовью к английскому офицеру - лейтенанту Альберту Пинсону. Адель тайно покинула отчий дом и стала инкогнито следовать за своим возлюбленным, а вернее, навязчиво преследовать его. Она писала ему страстные любовные послания, ссужала его деньгами, чтобы он заплатил за свои карточные долги, “дарила” ему проституток. Но Пинсон так и не захотел/не сумел полюбить странную Адель. Свою жизнь Адель Гюго закончила в 1915 году в сумасшедшем доме, когда ей было 85 лет. До конца жизни любовь к английскому офицеру не отпускала её нездоровый измученный разум.  Кстати, в психологии существует даже название такого рода любовной зависимости - Синдром Адели Гюго.

О том, как шла работа над фильмом «История Адели Г.», в 1976 году рассказал сам Франсуа Трюффо.

«…В 1969 году я намеревался снять фильм, героиней которого стала бы Адель Гюго. Я прочёл… биографию Адель, воссозданную мисс Вернор Гий, которая преподавала в Вустерском колледже в Огайо. Ещё во время разработки сценария «Дикого ребёнка» по воспоминаниям доктора Жана Итара мы с Жаном Грюо испытали огромное удовлетворение, создавая вымышленную историю по действительным событиям и ничего не придумывая, ни в чём не нарушая подлинности документального материала.

Убедившись, что Жан Грюо разделяет мой энтузиазм, я связался с мисс Гий (которая отнеслась к проекту с восторгом), а затем встретился с Жаном Гюго. Сначала потомок писателя был более чем сдержан. Понять его можно – подлинная история его пратётки мало известна, в некотором роде – это семейная тайна. Но, думаю, что более всего Жана Гюго смущало возможное появление в фильме Виктора Гюго. Я как мог успокоил его и пообещал, что он не увидит на экране бородатого статиста, громогласно заявляющего: «Я – Виктор Гюго». Более того, я собирался писать сценарий, в котором его прадеду вообще нет места. Я добился, чтобы он разрешил написать первый вариант, с тем чтобы через год ему его представить.

Затем я снимал один за другим три фильма, но работу над сценарием «Адель Г.» не прекращал, и первый его вариант был одобрен Жаном Гюго. Мы решили довести сценарий, понимая, что если трудно построить единую фабулу с участием десятка персонажей, когда действия одного накладываются на поступки другого, то не менее трудно написать основу и для камерного фильма, когда на экране действует фактически только один персонаж.

Мне кажется, секрет привлекательности этого сюжета заключался именно в одинокой героине. Мне приходилось снимать любовные истории и с двумя и с тремя участниками, и теперь мне захотелось провести волнующий эксперимент с одной героиней, поглощённой одной страстью.

В истории Адели Гюго меня привлекли семь аспектов сюжета:
1. Девушка остаётся одинокой в течение всего фильма.
2. Она – дочь самого знаменитого человека того времени.
3. Об этом человеке говорят, но его никогда не показывают.
4. Адель живёт под чужими именами.
5. Она вся во власти навязчивой идеи и стремится к недостижимой цели.
6. Любая фраза, любой поступок Адели продиктованы лишь её навязчивой идеей.
7. Даже обречённая на поражение, Адель борется активно и изобретательно.

Я знаю: всё, что пишется и снимается, приобретает со временем особое значение, но, признаюсь, для меня переживания важнее общей идеи и о скрытых причинах своего выбора того или иного сюжета я чаще всего узнаю из написанного о моих работах критикой.

Годы идут. Я снимаю хорошие или плохие фильмы, но сюжеты всегда выбираю сам и вынужден сознаться, что меня волнует лишь мир чувств. Работая скорее инстинктом, чем разумом, я осознаю смысл своих фильмов года через два после их выхода. Столь замедленное прозрение, впрочем, больше помогает, чем мешает, поскольку я с великой прохладцей отправлялся бы каждое утро на съёмки фильма, значение которого мне уже давно известно.

Я давно заметил, что снимаю фильмы только о чувствах, подчёркивая тягость и болезненность некоторых семейных или любовных взаимоотношений. В каждом фильме я обращаюсь к одному и тому же конфликту между чувствами вечными и преходящими, а стало быть, снимаю одни и те же размолвки между людьми. Те, кого интересует мягкое изображение жестоких страстей, скажут, что я занят вариациями на заданную тему. Те, кого всё это раздражает, назовут меня брюзгой…

«История Адели Г.», похожая на музыкальную пьесу для одного инструмента, не требует специальных и пространных объяснений. Хочу, чтобы все знали: я не умею снимать фильмы «против» и продолжаю снимать фильмы «за» и люблю той же любовью Антуана Дуанеля, Катрин (героиню фильма «Жюль и Джим»), Монтэга (из «451 градус по Фаренгейту»), Адель Г…»

Отрывок из интервью Франсуа Трюффо журналу L, avant-Scene Cinema (1976), был опубликован в книге «Мастера зарубежного кино», сост. И Беленький, перевод И.Беленького и А. Григорьева, Москва, «Искусство”, 1985 г., стр. 200-202